Когда он пришел, следователь как раз заканчивал ужин. Они уединились в небольшой гостиной. Исповеди не пришлось рассказывать о случившемся — тот уже все 
знал. Это не к добру, подумал он. Особенно неприятно было то, что виновным оказался опытнейший токарь, передовик производства. Как он мог допустить такую оплошность, не закрепил деталь?
Как бы между прочим, Исповедь спросил, кому поручено вести следствие. Оказалось, какому-то юнцу — совершенно незнакомое имя. Исповедь совсем помрачнел. Молодые чересчур ретивы — как начнет копать, соваться во все дыры... Впрочем, чего тут копать, вопрос ясен. Он спросил, есть ли уже предварительное мнение о случившемся, и тут несколько ожил: следователь сказал, что, по всей вероятности, случившееся будет квалифицировано как несчастный случай. Подследственный был с погибшим в хороших отношениях, так что никаких особых мотивов быть не должно, а железяка с таким же успехом могла попасть в любого другого рабочего, да и в него самого, в этого токаря. Но статистика несчастных случаев заставляет призадуматься, добавил следователь. Необходимо принимать какие-то меры.
— И статистику уже успели посмотреть?— удивился Исповедь, но тут же согласился и даже приврал, что завтра-послезавтра созывает экстренное заседание дирекции. Следователь отметил, что это очень своевременно и что было бы неплохо, чтобы следствие имело на руках какие-то данные о принятых на заседании дирекции мерах.
— Само собой разумеется!—обрадовался Исповедь и, опять как бы между прочим, спросил, долго ли продлится следствие. Следователь ответил, что оно продлится неделю. А слушание дела будет в ближайшие два-три месяца.
Вот это уже не устраивало Исповеди. Как раз в ближайшие два-три месяца его должны переводить в Софию!
— Что-то у вас слишком длинная процедура,— сказал он с упреком,— Или наоборот?
Следователь сослался на то, что суд страшно перегружен, дел невпроворот: крупных, мелких — всяких.
— Послушай,— как можно более равнодушным тоном сказал Исповедь,— вам, конечно, виднее, но было бы неплохо, если бы вы покончили с этим в текущем месяце. Я тебе объясню почему: чтобы меньше было разговоров и сплетен, запущенную рану лечить труднее.
