Виктор Семенович вспомнил Маню на дороге, вспомнил кучку стариков и старух на автобусной остановке... Стало не по себе, что сам не догадался.
— Ну что ж, и это дело нехитрое... Но мы же, Людмила Сергеевна, кажется, договорились побеседовать через месяц?
Нет, эту бабочку не собьешь с панталыку!
— Давайте мелкие неполадки устранять в рабочем порядке,— предложила она и, чтобы смягчить не очень-то приветливое выражение его лица, прибавила, по-детски сморщив нос: — Неполадки — в рабочем порядке... Видите, я тут у вас учусь говорить в рифму, чуть ли не стихи сочинять...
Он действительно смягчился:
— Валяйте. Помогу с изданием. У меня, по крайней мере, в двух журналах и трех газетах блат...— прихвастнул он, но сошло гладко — она даже бровью не повела.
Побывав в продовольственном магазине, Людмила Сергеевна сообщила:
— Захожу — батюшки-светы! Табачищем — как в табачной лавке. А это наша милая Клава на батареях парового отопления сигареты сушит. Оказывается, в складе у нее крыша протекает. В райсоюз никак не достучаться. Вроде бы и вам несколько раз говорила...
Виктор Семенович разозлился:
— А эта самая Клава не говорила вам, как она забирает ящики с водкой домой, а потом со двора, через форточку, торгует в разнос, естественно, сдачу оставляя себе?
— И покупают? — удивилась она.
— А вы надеетесь, что нет?
— Но у нас же есть роскошный пивной бар, который как раз и призван отучить мужчин покупать через форточку,— возразила она, мерцая из-под приспущенных ресниц смеющимися глазами.
Он решил не оставаться в долгу:
— Если ваш муж захочет выпить, но так, чтобы никто не засек...
— Он не захочет. У него язва.
— Ну, брат, сват...
— Ясно. Клавину лавочку мы прикроем. Но чтобы она не заявила нам, что левым заработком вынуждена покрывать убытки из-за протекающей крыши, распорядитесь, пожалуйста, ей эту крышу залатать.
«Я за не у твоего мужа. Язва у тебя самой. Притом на языке»,— с веселой злостью подумал Виктор Семенович,
Через месяц, как и было договорено, в кабинет Виктора Семеновича чуть торжественным шагом вошла Людмила Сергеевна. В руке у нее был блокнот. В этот раз на ней было платье из джинсовой ткани, которое делало ее немного похожей на ступню.
