Но это восстановление. Не забудем, однако, что памятники рождаются и сегодня. Мы — современники, но мы и летописцы. До истории рукой подать, надо только выйти на улицу... Пройдет не так много лет, и то, что мы видим сегодня, будет именоваться волнующе-торжественным понятием «наше прошлое». Оно будет существовать для каждого поколения, и каждое поколение не будет равнодушно к нему. «Только плохой и больной человек,— писал Николай Рерих,— не помнит своего детства, юности. Плох тот народ, который не любит и не помнит своей истории».
Будем же мудрыми, будем мыслить категориями завтрашнего дня. Должны остаться в неприкосновенности первый цех завода имени Лихачева, некоторые уральские месторождения, первая нефтяная вышка в Западной Сибири... Это не всегда просто в отношении действующих конструкций и сооружений. И все же не должно случиться так, что экономическая целесообразность подавит то, что не измеришь рублем и что зовется любовью к своему дому. Мы все живем в этом доме, одни заботы у нас, и если возникает непонимание между жильцами, факт этот противоестественный и прискорбный.
И еще немного об охране памятников. Об охране памяти. Среди неожиданных памятников можно назвать и маршруты великих путешественников. Открытия, сделанные Пржевальским, Кропоткиным, Семеновым-Тян-Шанским, раздвигали мир, открывали неведомое дотоле его многообразие, стали вехами в развитии целого ряда наук. Мы должны помнить об этом. Но как увековечить их пути? Поставить металлические таблички в начале и конце их? Не худо и это. Но — повторим еще раз эту мысль — память о великих открытиях должна быть живой. И памятник должен быть живым. Пусть по старым дорогам пройдут современные туристы, возьмут примерно то же снаряжение, которое было 100 лет назад, поставят себя в те же условия, которыми шли первопроходцы, остановятся на тех же стоянках, которые служили и тем, великим... Повторение маршрута — это будет самой прекрасной данью памяти мужеству и дерзости героических людей, высшей — не словом, а делом — степенью поклонения их подвигу.
Все ли ясно в отношении охраны научно-технических ценностей? Давайте вспомним о космической серии, знаменитом гагаринском «поехали!», запечатленном на магнитной ленте, фотографиях первого выхода человека в космос. Предвижу недоуменный вопрос: «Что к этим бесценным документам добавит название «памятник»? Разве и без того они не будут храниться вечно? В то же время для неземных объектов — мы упоминали и о них — название «памятник» чисто формальное. Кто и как их будет хранить?
Ответим и на это. Только при этом нам придется перейти из области, так сказать, вещественной, музейной в область этическую, нравственную.
