Что делать со знаменитым в прошлом заводом, кото рый сейчас безнадежно устарел,— беречь или нет?
Уникальная продукция цеха, но через месяц она становится уже массовой. Представляют ли интерес первые образцы?
Вопросы, вопросы... Ответы на них порой кажутся легкими, и лишь спустя годы мы с горечью сознаем ошибки.
В 1976 г. при Институте истории естествознания и техники АН СССР была создана Проблемная группа по изучению памятников науки и техники, о которой я уже упоминал, создана как некий арбитр в негласной полемике, развернувшейся между учеными. Дело в том, что к тому времени все чаще стала высказываться в печати, на различных научных конференциях мысль о необходимости создания Музея науки и техники. Существующие музеи не удовлетворяли ученых. Одни, как Исторический в Москве, краеведческие в других городах, показывали предметы как часть материальной культуры своего времени, края, другие, например Политехнический музей, демонстрировали их лишь с точки зрения нынешних достижений. Раритеты для Политехнического были лишь под-собным материалом (впрочем, забегая вперед, скажу, что новый директор Политехнического не согласен с этим. К его мнению мы еще вернемся).
«Да сохранились ли такие раритеты?» — заявил тогда один из видных академиков, к мнению которого присоединились и другие. — Наберем ли мы экспонаты для музея? Не заразились ли мы модным поветрием Запада — «индустриальной археологией»? В России наука относительно молода, а промышленность и того моложе. Не очень-то много будет открытий у наших «археологов».
Решить это и предстояло вновь созданной группе. Сначала путь казался простым: походить по существующим музеям, заглянуть в запасники, занести увиденное на карточки... а там уж разберемся что к чему. Вдохновила еще идея, подсказанная Историческим музеем: составить каталог старой техники, находящейся в наших музеях. Короче, работа была конкретная и понятная: увидеть и описать.
Взялись рьяно, однако энтузиазм скоро начал иссякать. Музеи, в которых побывали участники группы (а исследован был не один десяток хранилищ), все больше убеждали в правоте академика-скептика. Конечно же, ни в одном музее не было специального технического раздела. Местные краеведы пожимали плечами: «Клык мамонта — пожалуйста, стоянка человека эпохи неолита — извольте. Научные приборы и машины? Да откуда им взяться у нас? Сами знаете, каким был наш край». А поскольку не было техники, то и сотрудник с техническими знаниями музею нужен не был. Никаких поисков и исследований в этой области не велось. Поэтому если и были какие-то естествоиспытатели в этих местах, они оставались безвестными, если и создавалось на здешних кустарных производствах какое-либо техническое новшество, забывалось и оно. Нечем было гордиться краю.
