Позднее знаменитый русский ученый К. А. Тимирязев писал: «Дмитрий Иванович Менделеев объявляет ученому миру, что где-то во всей Вселенной, может быть, на нашей планете, а может быть, и в иных звездных мирах должен найтись элемент, которого не видел еще че-ловеческий глаз; и этот элемент находится, и тот, кто его находит при помощи своих чувств, видит его на первый раз хуже, чем видел своим умственным взором Менделеев,— это ли не пророчество?»
Проходит несколько лет после открытия галлия, и шведский химик Л. Нильсон открывает новый элемент — скандий, второй из предсказанных Менделеевым элементов, похожий по своим свойствам на бор.
Пять лет спустя, в 1886 году, немецкий химик Вин-клер обнаруживает в одном из редких минералов германий, родственный силицию (кремнию). Все свойства этого элемента, предсказанные Менделеевым за 15 лет до открытия, подтвердились с такой точностью, что пораженный Винклер пишет русскому ученому: «Уведомляю Вас о... новом триумфе Вашего гениального исследования и свидетельствую Вам мое почтение и глубокое уважение». В одной из своих статей Винклер так оценил открытие Менделеева: «Вряд ли может существовать более яркое доказательство справедливости учения о периодичности элементов, чем открытие до сих пор предположительного экасилиция; оно составляет, конечно, более чем простое подтверждение смелой теории, оно знаменует собою выдающееся расширение химического поля зрения, гигантский шаг в области познания».
Вот таблица, показывающая, с какой точностью предвидел Менделеев:
Так блестяще подтвердилось гениальное научное предвидение великого химика. Оно было основано на глубоком знании, на огромном многолетнем труде.
Ни одно открытие в химии и физике, сделанное после Менделеева, не потрясло созданного его гением здания. Наоборот, все они только подтвердили правильность и незыблемость великого закона природы. «Доступный нашему восприятию,— писал академик А. Е. Ферсман,— окружающий нас реальный мир веществ есть, в сущности, грандиозная таблица, развернутая по длинным периодам, разбитая на отдельные части. Будут, конечно, появляться и умирать новые теории, блестящие учения физики и химии будут изменять устаревшие понятия, будут открываться новые широкие горизонты, но несомненно, что периодический закон Менделеева будет жить всегда».
У ЛЮДЕЙ НЕТ СИЛЫ БОЛЕЕ МОЩНОЙ И ПОБЕДОНОСНОЙ, ЧЕМ НАУКА.
М. Горький
