Исповедь встрепенулся. Над оградой в лунном свете вырисовывалась фигура Делю, его соседа и однокашника по прогимназии. Делю, в белой нижней сорочке, был похож на привидение. Исповедь растерялся.
— Ишь ты! — удивлялся Делю, передвигаясь вдоль плетня. — Гляжу, вроде бы мелькнул огонек наверху. Неужто Ристо? — соображаю я. — Но как же так — машины-то
нету. Уж не вор ли какой забрался? Потом вижу, ты высовываешься нагишом-босиком. Ну, здорово!
Их руки соединились: мясистая, все еще сильная — с заскорузлой, жилистой, не менее сильной.
— Каким это ветром тебя занесло -к нам? Ты с молодухой или один?
Вероисповедание соврал, что у него сломалась машина и пришлось оставить ее посреди дороги, и поскорее принялся расспрашивать бывшего дружка о сельских делах.
— Что тебе сказать? — говорил Делю. — Живом помаленьку, управляемся с горем пополам, бегаем трусцой за машинами.
Вероисповедание поспешил вставить, что и в городе не слаще, но кто взялся наверстать упущенное, тому случается и недосыпать. Болгарин спал немало, теперь настало время встряхнуться и поднатужиться. Потом будет легче.
— Так-то оно так, — присмирел Делю, уловив в голосе Вероисповедание твердые нотки. — Да по совсем. Ежели человек маракует в этих делах, всем хорошо. А кто без понятия, от того проку мало.
Вероисповедание уставился на соседа, и Делю дал задний ход.
— Я ить про между прочим говорю, так ить?
Исповедь не ответил. Он мысленно перенесся в город,
обошел знакомые кабинеты с богатой меблировкой, забежал в министерство, где неожиданно наткнулся на Миятева, секретаря парткома завода. Одни маракуют, а другие без понятия... Видал, как тонко подметил... Где для Стоила зеленая улица, там для меня тупик.
Ну вот, досадил человеку, сокрушался про себя Делю, но мысль его оборвалась, потому что зрелище, внезапно открывшееся перед ним, привело его в оцепенение: на верхнем этаже дома появилась женщина — гола-голехонька, молочно-белая, грудастая, волосы распущенные. Вышла на галерею, потянулась, словно кошка, и стала смотреть на долину, явно не замечая двух мужчин, прислонившихся к плетню.
Делю ощутил какую-то слабость в животе, потом в коленях, ноздри у него расширились и затрепетали. Втянув голову в плечи, он разинул рот и чихнул. Женщина тотчас же бросилась в дом.
